+7 (495) 694 07 00
г. Москва, Кутузовский проспект, д.18
+7 (495) 694 07 00
г. Москва, Кутузовский проспект, д.18
| Орудийный снаряд "Память Московской революции 1905 года", Россия
Артикул: 53023

Орудийный снаряд "Память Московской революции 1905 года", Россия

Предмет отсутствует
  • Описание
Настольный стакан для карандашей, изготовленный из орудийного снаряда. На боковой поверхности штампом нанесена надпись в несколько строк: "Память Московской революции 10 - 16 декабря 1905 года. По распоряжению генерал-губернатора Дубасова 17 декабря все утихло. 23 апреля 1906 года было на него покушение. 27 апреля 1906 года - открытие Государственной Думы". В самом низу, над медным направляющим ободком снаряда, надпись: "Найдена на Пресни 15 декабря 1905 года".

Исключительно редкий, музейного уровня предмет, несущий в себе подлинный дух истории. Вероятнее всего, надпись нанесена по желанию непосредственного участника либо свидетеля тех событий, сочувствующего революционерам.

Высота 18 см.

Декабрьское восстание 1905 года в Москве - закрепившееся в советской историографии название массовых беспорядков (в документах того времени именовалось «мятежом»), происходивших в Москве 7 (20) —18 (31) декабря 1905 года; кульминационный эпизод Революции 1905 года.
В октябре 1905 года в Москве началась стачка, целью которой было добиться экономических уступок и политической свободы. Забастовка охватила всю страну и переросла во Всероссийскую октябрьскую политическую стачку. 12—18 октября в различных отраслях промышленности бастовало свыше 2 млн человек. Эта всеобщая забастовка и, прежде всего, забастовка железнодорожников, вынудили императора пойти на уступки — 17 октября был издан Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка». Манифест 17 октября даровал гражданские свободы: неприкосновенности личности, свободу совести, слова, собраний и союзов. Обещался созыв Государственной Думы.
Возникли профессиональные и профессионально-политические союзы, Советы рабочих депутатов, укреплялись социал-демократическая партия и партия социалистов-революционеров, были созданы Конституционно-демократическая партия, «Союз 17 октября», «Союз Русского Народа» и др.
Манифест 17 октября был серьёзной победой, но крайние левые партии (большевики и эсеры) не поддержали его. Большевики объявили о бойкоте I-ой Думы и продолжали курс на вооружённое восстание, принятый ещё в апреле 1905 года на III съезде РСДРП в Лондоне (партия меньшевиков, суть партия социал-демократов-реформаторов не поддерживала идею вооружённого восстания, которую разрабатывали социал-демократы-революционеры, то есть большевики, и проводила параллельную конференцию в Женеве).
К 23 ноября московским цензурным комитетом были возбуждены уголовные преследования против редакторов либеральных газет: «Вечерняя почта», «Голос жизни», «Новости дня», против социал-демократической газеты «Московская правда».
27 ноября (10 декабря) в Москве вышел первый номер легальной большевистской газеты «Борьба», средства на которую выделил издатель Сергей Скирмунт. Газета была посвящена целиком революционному движению рабочего класса. Всего вышло 9 номеров; последний номер вышел с воззванием «Ко всем рабочим, солдатам и труженикам!», призывавшим к всеобщей политической стачке и вооружённому восстанию.
В декабре были возбуждены уголовные преследования против редакторов большевистских газет «Борьба» и «Вперёд». В декабрьские дни подверглись преследованиям редактор либеральной газеты «Русское слово», а также редакторы сатирических журналов «Жало» и «Шрапнель».
5 декабря 1905 года, в училище Фидлера (ул. Макаренко дом № 5/16) собрался первый московский Совет рабочих депутатов (по другим источникам состоялось заседание Московской городской конференции большевиков), решивший объявить 7 декабря всеобщую политическую стачку и перевести её в вооружённое восстание. Училище Фидлера уже давно было одним из центров, в котором собирались революционные организации, там часто происходили и митинги. В Москве остановились крупнейшие предприятия, прекратилась подача электроэнергии, остановились трамваи, закрылись магазины. Забастовка охватила около 60 % московских заводов и фабрик, к ней примкнули технический персонал и часть служащих Московской городской Думы. На многих крупных предприятиях Москвы рабочие не вышли на работу. Состоялись митинги и собрания под охраной вооружённых дружин. Наиболее подготовленная и хорошо вооружённая дружина была организована Николаем Шмитом на его фабрике на Пресне.
Было парализовано железнодорожное сообщение (действовала только Николаевская дорога до Санкт-Петербурга, которую обслуживали солдаты). С 4 часов дня город погружался в темноту, поскольку Совет запретил фонарщикам зажигать фонари, многие из которых были к тому же разбиты. В такой ситуации 8 декабря московский генерал-губернатор Ф. В. Дубасов объявил в Москве и всей Московской губернии чрезвычайное положение.
Несмотря на обилие угрожающих внешних признаков, настроение москвичей было, скорее, бодрое и радостное.
В ночь с 7 на 8 декабря были арестованы члены московского комитета РСДРП Виргилий Шанцер (Марат) и Михаил Васильев-Южин. Опасаясь волнений в частях Московского гарнизона, генерал-губернатор Фёдор Дубасов приказал разоружить и не выпускать из казарм часть солдат.
Первое столкновение, пока без кровопролития, произошло 8 декабря вечером в саду «Аквариум» (возле нынешней Триумфальной площади у Театра имени Моссовета). Полиция попыталась разогнать многотысячный митинг, разоружив присутствовавших на нём дружинников. Однако действовала она очень нерешительно, и большинство дружинников сумели скрыться, перемахнув через невысокий забор. Несколько десятков арестованных на следующий день были отпущены.
Однако в ту же ночь слухи о массовом расстреле митинговавших подвигли нескольких эсеровских боевиков на совершение первого теракта: пробравшись к зданию охранного отделения в Гнездниковском переулке, они метнули в его окна две бомбы. Один человек был убит, ещё несколько ранены.
Вечером 9 декабря в училище И. И. Фидлера собралось около 150—200 дружинников, гимназистов, студентов, учащейся молодежи. Обсуждался план захвата Николаевского вокзала с целью перерезать сообщение Москвы с Петербургом. После собрания дружинники хотели пойти разоружать полицию. К 21 часу дом Фидлера был окружен войсками, которые предъявили ультиматум о сдаче. После отказа сдаться войсками был произведён артиллерийский обстрел дома. Только тогда дружинники сдались, потеряв три человека убитыми и 15 ранеными. Затем часть сдавшихся была зарублена уланами. Приказ отдал корнет Соколовский, и если бы не остановивший бойню Рахманинов, то едва ли кто-нибудь уцелел. Тем не менее многие фидлеровцы получили увечья, а около 20 человек были зарублены. Небольшой части дружинников удалось бежать. Впоследствии 99 человек были преданы суду, но большинство из них — оправданы. Сам И. И. Фидлер также был арестован и, просидев несколько месяцев в Бутырке, поспешил продать дом и уехать за границу.
Разгром училища Фидлера правительственными войсками ознаменовал переход к вооружённому восстанию. Ночью и в течение следующего дня Москва покрылась сотнями баррикад. Вооруженное восстание началось.
10 декабря строительство баррикад развернулось повсюду. Топография баррикад в основном была такова: через Тверскую улицу (проволочные заграждения); от Трубной площади до Арбата (Страстная площадь, Бронные улицы, Б. Козихинский пер. и др.); по Садовой — от Сухаревского бульвара и Садово-Кудринской улицы до Смоленской площади; по линии Бутырской (Долгоруковская, Лесная улицы) и Дорогомиловской застав; на пересекающих эти магистрали улицах и переулках. Отдельные баррикады строились и в других районах города, например в Замоскворечье, Хамовниках, Лефортове. Баррикады, разрушенные войсками и полицией, вплоть до 11 декабря активно восстанавливались.
Дружинники, вооружённые иностранным оружием, начали убивать солдат, полицейских и офицеров. Начались грабежи складов и убийства простых обывателей. Революционеры выгоняли горожан на улицу и заставляли строить баррикады. Московские власти самоустранились от борьбы с восстанием и не оказывали никакой поддержки армии.
По подсчетам историка Антона Вальдина, количество вооружённых дружинников не превышало 1000—1500 человек. Применяя тактику типичной партизанской войны, они не удерживали позиций, а стремительно и порой хаотично перемещались с одной окраины на другую. Кроме того, в ряде мест действовали небольшие мобильные группы (летучие дружины) под руководством боевиков-эсеров и сформированная по национальному признаку дружина студентов-кавказцев. Одной из таких групп во главе с эсером-максималистом Владимиром Мазуриным 15 декабря была осуществлена показательная казнь помощника начальника Московской сыскной полиции 37-летнего А. И. Войлошникова, хотя тот по роду службы не имел прямого касательства к политическим делам. Другой дружиной командовал скульптор Сергей Коненков. Под его началом действовал будущий поэт Сергей Клычков. Боевики нападали на отдельные воинские посты и городовых (всего, по официальным данным, в декабре было убито и ранено свыше 60 московских полицейских).
Бои развернулись на Кудринской площади, Арбате, Лесной улице, на Серпуховской и Каланчёвской площадях, у Красных ворот.
10 декабря восставшим стало ясно, что свой тактический план: зажать в Садовое кольцо центр, продвигаясь к нему из окраин, им выполнить не удалось. Районы города оказались разобщёнными и управление восстанием перешло в руки районных Советов и уполномоченных Московского комитета РСДРП в этих районах. В руках восставших оказались: район Бронных улиц, который обороняли студенческие дружины, Грузины, Пресня, Миусы, Симоново. Общегородское восстание раздробилось, превратившись в серию восстаний районов. Повстанцам было необходимо срочно поменять тактику, приёмы и способы ведения уличных боёв.
Эта тактика имела некий успех, но отсутствие у восставших централизованного управления и единого плана восстания, их малый профессионализм и военно-техническое преимущество правительственных войск поставили силы восставших в оборонительное положение.
К 12 декабря большая часть города, все вокзалы, кроме Николаевского, были в руках восставших. Правительственные войска удерживали лишь центр города. Наиболее упорные бои велись в Замоскворечье (дружины типографии Сытина, фабрики Цинделя), в Бутырском районе (Миусского трамвайного парка, фабрики Гобая под управлением П. М. Щепетильникова и М. П. Виноградова), в Рогожско-Симоновском районе (так называемая «Симоновская республика», укреплённый самоуправляющийся рабочий район в Симоновской слободе. Из представителей завода «Динамо», трубопрокатного завода Гана и остальных заводов (всего около 1000 рабочих) там были сделаны дружины, милиция изгнана, слобода окружена баррикадами) и на Пресне.
В банях Бирюкова пресненские революционеры организовали госпиталь. Старожилы вспоминали, что в перерывах между боями там парились дружинники, оборонявшие баррикады, которые были построены у Горбатого моста и у Кудринской площади.
В ночь с 14 на 15 декабря из Петербурга по действовавшей Николаевской железной дороге прибыли 2 тыс. солдат Семёновского гвардейского полка.
К утру 15 декабря, когда солдаты Семёновского полка прибыли в Москву, действовавшие в городе казаки и драгуны при поддержке артиллерии оттеснили повстанцев из их опорных районов на Бронных улицах и Арбате. Дальнейшие боевые действия с участием гвардейцев шли на Пресне вокруг фабрики Шмита, превращенной тогда в арсенал, типографию и лазарет для живых повстанцев и морг для павших.
15 декабря полиция задержала 10 боевиков. При них оказалась переписка, из которой следовало, что в восстании замешаны такие богатые предприниматели, как Савва Морозов (скончавшийся в мае) и 22-летний Николай Шмит, унаследовавший мебельную фабрику, а также часть либеральных кругов России, отпускавшим через газету «Московские ведомости» значительные пожертвования «борцам за свободу».
Сам Николай Шмит и две его младших сестры все дни восстания составляли штаб фабричной дружины, координируя действия групп её боевиков друг с другом и с вожаками восстания, обеспечивая работу самодельного печатного устройства — гектографа. Для конспирации Шмиты пребывали не в семейном особняке при фабрике, а в съемной квартире на Новинском бульваре (на месте нынешнего дома № 14).
16-17 декабря центром боев стала Пресня, где сосредоточились дружинники. Семеновским полком был занят Казанский вокзал и несколько близлежащих железнодорожных станций. Был отправлен отряд с артиллерией и пулеметами для подавления восстания на станциях Перово и Люберцы, Казанской дороги.
Также 16 декабря в Москву прибыли новые воинские части: Конногренадерский полк, часть гвардейской артиллерии, Ладожский полк и железнодорожный батальон.
Для подавления мятежа вне Москвы командир Семёновского полка полковник Г. А. Мин выделил из своего полка шесть рот под командой 18 офицеров и под начальством полковника Н. К. Римана. Этот отряд был направлен в рабочие посёлки, заводы и фабрики по линии Московско-Казанской железной дороги. Без суда было расстреляно более 150 человек, из которых наиболее известен А. Ухтомский.
Ранним утром 17 декабря Николая Шмита арестовали. Тогда же артиллерия Семёновского полка начала обстрел фабрики Шмита. В тот день фабрика и соседний особняк Шмитов сгорели, хотя часть их имущества успели растащить по домам не занятые на баррикадах местные жители-пролетарии.
Подразделения лейб-гвардии Семеновского полка захватили штаб революционеров — фабрику Шмидта, очистили Пресню с помощью артиллерии и освободили рабочих фабрики Прохорова, которые подвергались репрессиям со стороны революционеров.
К 19 декабря восстание было подавлено.
По материалам Википедии.
Читать целиком
К этому товару еще нет отзывов,
поделись своими впечатлениями первым!
Просмотренные товары
Выберите рассылку
SSL